Трудовая миграция и миграционная политика в России

трудовая миграция и миграционная политика в России

Приветствую Вас на блоге «Актуальные вопросы экономики и жизни, обучайся и богатей»! 14 июня в России отмечают День работника Миграционной службы. Из данной статьи Вы узнаете:

  • Что такое рынок труда и трудовая миграция;
  • Чем отличается иммигрант от эмигранта;
  • Какова ситуация на рынке труда в России;
  • Основные направления совершенствования миграционной политики

Согласно определению, рынок труда — это сфера экономической  жизни общества, где получает оценку стоимость рабочей силы, определены условия ее найма, уровень зарплаты работников, а также определяется возможность получения образования и профессионального роста.

Рассмотрим, какова ситуация на  рынке труда в России и какую роль для нашей экономики играет трудовая миграция.

Известно, что СССР импортировал рабочую силу из Болгарии, Вьетнама, Северной Кореи. С возникновением Российского государства в 1991 г. к числу этих стран добавились рабочие из Китая. С 90-х годов ХХ в. возникла миграция рабочей силы в Россию из стран ближнего зарубежья: Украины, Белоруссии, Молдовы, а также из азиатских республик.

Причины этой миграции чисто экономические — рабочие из этих стран едут на заработки в Россию. Крупнейшим импортером рабочей силы является Москва.  Иммигранты составляют 46% московских строителей, 34% работников столичного транспорта. Подавляющее большинство — 85% от общей численности задействованы в отраслях материального производства.

Наряду со столичным регионом, в России имеется еще ряд центров миграционного притяжения, уступающих Москве и Московской области.

1. Центры всероссийского масштаба (Санкт-Петербург и Ленинградская область, Краснодарский край, Белгородская и Калининградская области, Республика Татарстан). Все перечисленные регионы имеют положительный баланс с подавляющим большинством регионов России, уступая Москве и конкурируя за мигрантов в основном с ней.

2. Центры притяжения регионального и межрегионального масштаба (Нижегородская, Самарская, Свердловская, Новосибирская области, Ставропольский край, Ханты-Мансийский АО). Эти центры конкурируют не только со столичным регионом и центрами всероссийского масштаба, но и между собой, формируя вокруг себя зону миграционного тяготения из нескольких соседних регионов.

В то же время необходимо принимать во внимание тот факт, что Россия с запозданием включилась в международные процессы миграции населения. Импортируя рабочую силу, она лишь в начале 90-х годов открыла вопрос об экспорте своей рабочей силы. С принятием «Закона о занятости» (1991 г.)всем гражданам России предоставлено юридическое право выезжать за рубеж на работу. Осуществить это право человек может либо в соответствии с межправительственными соглашениями, используя специальные агентства, либо сам, найдя работу за границей. С созданием Европейского союза сняты все ог­раничения на перемещение рабочей силы в пределах ЕС. В то же время ужесточаются правила приема рабочей силы из России и дру­гих стран СНГ.

Истинные размеры внешнего миграционного обмена со странами, кроме СНГ, трудно даже приблизительно оценить. В последние год-два для свободного въезда россиян открылось большинство стран Южной и Центральной Америки. Многие россияне уже живут и работают там, сдавая свои квартиры в аренду и, естественно, не снимаясь с учета. То же происходит и на границе с Китаем. В то же время далеко не все иммигранты регистрируют свое проживание в России, прежде всего это касается китайцев, вьетнамцев и афганцев.

Заметим, что определенная база для того, чтобы наладить хотя бы выборочный учет въезда—выезда за рубеж, у России есть. В наших крупнейших аэропортах, через которые и осуществляется большинство дальних поездок, на пограничном контроле налажен автоматизированный учет, соответствующая обработка данных которого могла бы стать основой для аргументированной оценки внешних потоков.

Миграция пополняет население России молодым трудоспособным населением. Доля населения в трудоспособном возрасте среди мигрантов из СНГ достигает 80,8%, из других стран — 74%. При этом основной контингент приходится на возрастные группы от 20 до 49 лет. Даже постоянная миграция носит в России преимущественно трудовой характер.

По величине коэффициента миграционного прироста Россия в последние 3 года была ближе всего к Венгрии, немного превосходила Францию и очень сильно — Германию, но заметно уступала остальным странам Европы.

Миграция из России определяется следующими факторами:

во-первых, более высоким уровнем жизни в промышленно развитых странах и выгодными материальными условиями, предлагаемыми другими странами;

во-вторых, ограничением численности выезжающих емкостью рынков труда принимающих стран и в целом сравнительно низким уровнем квалификации рабочей силы в Российской Федерации, непризнанием большинством стран мира дипломов о высшем образовании, языковым барьером. Поэтому выезжает преимущественно высококвалифицированная и мобильная часть населения.

Признавая необходимость экспорта рабочей силы за рубеж (хотя есть и его противники), к числу положительных факторов, сопровождающих этот процесс, относят следующие:

  • снижение давления на внутренний рынок труда;
  • минимизация существующих в его структуре дисбалансов;
  • уменьшение безработицы;
  • финансовые поступления от мигрантов;
  • повышение профессионального и культурного уровня работников-мигрантов.

Для упорядочения российской трудовой миграции, осуществления социальной защиты наших сограждан российское правительство предприняло ряд шагов. Так, заключены межправительственные и межведомственные соглашения с Германией, Польшей, Швейцарией, Финляндией, Словакией, Китаем и многостороннее соглашение государств — участников СНГ. Несмотря на определенные сложности в освоении нового международного рынка, Россия должна приложить максимум усилий для его освоения. Такой вывод определяется расчетами российских экономистов, которые показывают, что валютная эффективность экспорта рабочей силы значительно выше, чем валютная эффективность товарного экспорта.

Выход России на внешние рынки труда предполагает формиро­вание полноценной, обоснованной миграционной политики. В Рос­сии уже сложилась правовая база регулирования миграционных про­цессов, основанная на Конституции Российской Федерации, законах и законодательных актах, постановлениях правительства РФ, опреде­ляющих порядок выезда и въезда в страну, трудоустройство россий­ских граждан за рубежом, меры по миграционному контролю и т.д.

Разработана федеральная миграционная программа  и Концепция миграционной политики на период до 2025 года. Правительст­во РФ наметило меры по выполнению задач в области миграцион­ной политики страны, первоочередными из которых являются регу­лирование миграционных потоков, преодоление негативных послед­ствий стихийно развивающихся процессов в этой области, создание условий для беспрепятственной реализации прав мигрантов.

Поскольку Россия в международной миграции является одно­временно принимающей и направляющей стороной, при разработке российской миграционной политики приходится ориентироваться на реализацию многоцелевых направлений.

Так, в области импорта рабочей силы наиболее важными задачами, как показывают складывающаяся ситуация и опыт зарубежных стран, являются:

  • обеспечение защиты национальной экономики от избыточ­ного притока трудящихся-мигрантов из других стран;
  • разработка мер по регулированию количественных и качественных параметров потока иммиграции;
  • обеспечение рационального использования прибываю­щих трудящихся-мигрантов в экономических и политических интере­сах России.

Немаловажное значение, как показывает опыт стран-импортеров, имеет выбор концепции иммиграционной политики.

В области экспорта рабочей силы при разработке эмиграционной политики России особое внимание должно уделяться:

  •  улучшению ситуации на рынке труда за счет сокращения безработицы;
  •  привлечению валютных поступлений в страну за счет денежных переводов трудящихся-мигрантов из-за границы;
  •  защите прав и обеспечению поддержки российских граждан, работающих за рубежом;
  • получению мигранта­ми профессий, предпринимательского опыта и образования.

Для дополнительного привлечения в страну валютных средств, заработанных мигрантами, и их адаптации к условиям российского рынка, требуется, по опыту зарубежных стран, принятие ряда мер, например:

  • введение специальных депозитных счетов;
  • продажа мигрантам земельных участков под строительство;
  • выдача на льготных условиях ссуд на строительство домов под переводы, хранимые в строго определенных банках;
  • создание альтернативного жилого фонда для льготной реа­лизации за валюту среди возвращающихся мигрантов;
  • открытие валютного счета для беспошлинного провоза машин, товаров длительного пользования;
  • создание специального пенсионного фонда.

По итогам последнего десятилетия, когда стало ясно, что демографическая ситуация в России кардинально не изменилась даже в результате введения программы «Материнский капитал», стало понятно, что миграция трудовых ресурсов просто необходима экономике России.

По данным Росстата  за 2013—2014 г.г. незначительный прирост численности населения в РФ был достигнут только за счет миграционного прироста, а не естественного.

Убыль населения в трудоспособном возрасте составила 486 тыс. человек в 2012 г. и 906 тыс. человек в 2013 г. По  прогнозу Росстата (средний вариант), за 2011—2015 гг. она составит в среднем более 1 млн. человек в год.[2]

В мировой экономике есть общепризнанные способы компенсации сокращения численности трудовых ресурсов. К ним относятся:

  • увеличение пенсионного возраста;
  • повышение производительности труда;
  • активизация внутренней мобильности;
  • иммиграция.

Рассмотрим, насколько реалистичны эти варианты для России.

Увеличение пенсионного возраста предлагалось к обсуждению Правительством РФ, но реализация этой меры весьма проблематична, так как средняя продолжительность жизни в РФ намного ниже, чем в развитых странах  мира. 80 лет и 71 год.

Производительность труда невозможно изменить значительно и одномоментно, так как это комплексный показатель, который зависит и от качества трудовых ресурсов, и от технической оснащенности производства, и от используемых технологий.

Россия «славится» устаревшим парком оборудования и низкой нормой амортизационных отчислений, а на переквалификацию рабочей силы и повышение ее внутренней мобильности требуются дополнительные расходы из госбюджета.

Таким образом, иммиграция остается наиболее дешевым и быстрым способом компенсации дефицита трудовых ресурсов для нашей страны.

Некоторое сокращение трудовой миграции в период кризиса стало результатом как объективного снижения спроса на труд, так и ужесточения правил приема мигрантов. Особенно это касается миграции из государств — участников СНГ, с которыми Россия имеет безвизовый режим пересечения границы. Новый, более либеральный порядок приема мигрантов, принятый в ходе миграционной реформы 2007 г., в конце 2008 г. был практически ликвидирован и заменен гораздо более жестким режимом.

Заниженная квота, которая обосновывалась целью защиты национальных работников от потери занятости, и возвращение отмененной в 2007 г. привязки мигранта к определенному работодателю (выдача разрешений на работу только у конкретного работодателя после предоставления трудового договора) снизили численность мигрантов, легализовавших свою занятость.

Справедливости ради надо отметить, что миграционная реформа начала буксовать еще до кризиса из-за неподготовленности управленческого корпуса к либерализации миграционной политики и слабой поддержки со стороны населения. Кризис же явился лишь фактором, окончательно склонившим весы на чашу сторонников ограничения миграции.  Миграционный прирост сократился с 247,4 тыс. чел. в 2009 до 158,1 тыс. чел. в 2010г. В 2012 году миграционный прирост увеличился до 295 тысяч человек, в 2013 г. — 295,9 тыс.чел., в 2014г. — 263,2 тыс.чел.

миграционный прирост в РФ с 2009 года

Ужесточение миграционной политики, как это всегда бывает, привело к некоторому росту нелегальной миграции, менее зависящей от мер миграционной политики, оценки которой находятся в пределах от 3 до 5 млн. человек. Указанная тенденция наблюдалась во всех основных принимающих странах мира. Большинство мигрантов, особенно приехавших из безвизовых стран СНГ, не торопились покидать Россию, предпочитая оставаться в стране и ждать оживления экономики.

Даже потеряв работу, многие не уезжали домой, перебиваясь случайными заработками в неформальном секторе, поскольку ситуация в странах происхождения мигрантов в период кризиса оставалась много худшей, чем в России. Это полностью соответствует отчетам других принимающих стран мира о влиянии кризиса на поведение трудовых мигрантов. Описанная выжидательная тактика уже получила свое название в западной литературе на эту тему — waitandsee (ждать и наблюдать).

В структуре трудовой миграции сохраняется преобладание Средней Азии. Если в середине 2000-х годов совокупная доля трех стран Средней Азии (Узбекистана, Таджикистана и Киргизии) составляла около 1/3, то к 2010 г. она превысила ½ всего трудового потока. В то же время миграция с Украины снизилась уже в 2009 г. на 16%.

С марта 2014 года с территории Украины в РФ хлынул поток беженцев, которые стали трудоустраиваться в России по специальным государственным программам помощи беженцам.

Средняя Азия является сегодня единственным регионом, способным в ближайшее время существенно увеличить трудовую миграцию в Россию, в первую очередь за счет миграции из Узбекистана, который с 2007 г. находится на первом месте в рейтинге стран-доноров. Миграция из Узбекистана составляла в 2008 г. ¼ всей официальной трудовой миграции в Россию, а в 2009 г. — 30%. При этом миграционный потенциал этой страны еще далеко не реализован.

Трудовая миграция уже сегодня является структурной составляющей российской экономики и условием успешного функционирования многих ее секторов. Это относится к таким отраслям, как строительство, торговля, транспорт, ремонт дорог, жилищно-коммунальное хозяйство и уборка, сфера частных и общественных услуг в крупных городах и мегаполисах страны. Так, если, согласно официальным данным, доля иностранных работников составляла в 2009 г. 3,1% от общей численности занятых в России, то реальная доля, учитывая нерегулируемую составляющую миграции, составит 8—9%. Этот показатель близок к соответствующей пропорции во многих принимающих странах Европы, таких как Италия, Великобритания или Германия.

Доля Китая среди иностранных работников сильно упала — с 20,8% в 2005—2006 гг. до 12,1% в 2010 г. рост китайской иммиграции сдерживается натиском таджиков и узбеков, хлынувших в Россию с 2006 г. и прочно занявших главные позиции на мигрантском рынке труда, но Китай устойчиво удерживает 3-е место. Общественное мнение связывает размещение китайцев по территории России преимущественно с Дальним Востоком. Хотя это мнение въелось в сознание россиян, оно ошибочно. В пограничной зоне, включая регионы Дальнего Востока и Забайкальский край, находится только 30% легитимных китайских мигрантов (2008 г.). Примерно столько же работает в регионах, расположенных на восточной ветви Транссибирской железной дороги — от Свердловской до Иркутской областей (29%), и столько же сосредоточено в Москве (28,7%). За пределами этих территорий небольшие скопления китайцев отмечаются в Санкт-Петербурге (3,5%) и Якутии (1,6%). В том или ином количестве китайцы присутствуют в 71 из 83 субъектов РФ, но в 8 субъектах РФ их количество не превышает 10 человек, а в 11 — 50 человек. Китайцы избегают республик Северного Кавказа, их почти нет на Европейском Севере.

Китайская проблема требует безотлагательного решения. Хотя вопрос обсуждается уже почти 20 лет, у России до сих пор нет четкого понимания роли китайской иммиграции в перспективе. Китайская иммиграция интерпретируется почти исключительно как потребность Китая, заинтересованность же в ней России недооценивается. Поэтому власть ведет непрерывную войну с китайской иммиграцией. Последний заслон был возведен в 2009 г. на пути народной торговли. Он оставил без работы десятки, если не сотни тысяч россиян, привел к разорению десятков тысяч малых предприятий, в который раз подорвал доверие китайцев к России, а жителей Дальнего Востока — к Москве.

Приграничный туризм за год сократился в 3 раза, а торговля — на 32%. Естественно, россиянам хотелось бы видеть в роли главных доноров бывших партнеров по Советскому Союзу. Сейчас под взрывоподобным натиском узбеков и таджиков кажется, будто их ресурсы неисчерпаемы. Между тем миграционный потенциал стран СНГ весьма ограничен. Разными экспертами он оценивается примерно в 9—10 млн. человек, включая русских. Этот ресурс будет быстро исчерпан.

Серьезных конкурентов Китаю как альтернативному донору нашего рынка труда нет. Со временем китайская иммиграция неизбежно будет увеличиваться. Масштабная инокультурная иммиграция, естественно, чревата серьезными рисками. России следует поторопиться с разработкой соответствующей стратегии и политики, времени осталось мало. Ясно, что в данном случае необходима либеральная политика.

Федеральной миграционной службой России (ФМС России) предоставлены лицензии почти 150 организациям, занимающимся оформлением трудоустройства российских граждан за рубежом. Вве­дение системы лицензирования позволило пресечь недобросовестную деятельность со стороны ряда фирм и агентств. В то же время мно­гие вопросы, в том числе связанные с возвращением мигрантов, требуют дальнейшей доработки и детализации. Формирование пра­вовой и организационной базы регулирования миграционных про­цессов в РФ продолжается.

С 2010 года в РФ проводилась антикризисная программа, опорным пунктом которой было создание преференций для собственных граждан за счет сокращения привлечения иностранной рабочей силы. Программа провалилась как нежизнеспособная. В целях улучшения ситуации на рынке труда предполагалось переселить внутри России, главным образом из малых городов, 100 тыс. граждан; на 1/3 была урезана квота на привлечение иностранной рабочей силы. Переселены были единицы, а сокращение квоты было компенсировано увеличением ее резервной части до 50% вместо 30%.[1]

Главный инструмент регулирования трудового потока — система квотирования найма рабочей силы в современных экономических условиях импульсивного рынка труда, значительная часть которого находится в тени, — доказала свою неэффективность и коррупционность. Ее крайне слабая обоснованность, недостаточная динамичность и забюрократизированность работают на снижение эффективности экономики.

В частности, система квотирования препятствует выполнению поставленной правительством задачи по ускоренному развитию малого бизнеса, поскольку для него квотирование — это почти непреодолимый или крайне трудно преодолимый барьер.

Вопреки негативным результатам практического применения системы квотирования предпринимаются усилия сделать ее более изощренной. С 2009 г. устанавливается разверстка квот по профессиям, опять-таки без какого-либо аргументированного обоснования, опирающегося на знание рынка труда. Служба занятости тем самым стремится выполнить задачу, поставленную руководством правительства, — привлекать кого надо, сколько надо и туда, куда надо.

В отсутствии базы данных и соответствующего анализа рынка эта, в общем, правомерная задача превращается не более чем в благое намерение, а попытка реализовать ее в неопределенных условиях — в еще один миграционный барьер и дополнительный фактор нелегальной миграции.

Функцию шлюза выполняет также закон, закрывший доступ иностранной рабочей силе к прилавку, заставляющий работодателей идти на разные ухищрения, чтобы обойти запрет. Кроме того, этот закон оттесняет более образованную и лучше подготовленную для профессионального обучения российскую рабочую силу в сферу, не требующую высокой квалификации.

С 2009 г. вновь ужесточены правила получения разрешений на работу для иностранных работников. Вместо того, чтобы совершенствовать порядок, введенный в 2007 г. и продемонстрировавший весьма позитивный эффект, страна вернулась к правилам даже более строгим, чем это было до 2007 г. Тогда разрешение на наем ИРС выдавалось работодателю, по закону 2007 г. разрешение на работу стало выдаваться мигранту, который к тому же получил право свободного трудоустройства в пределах субъекта РФ, выдавшего разрешение. Теперь же разрешение должны получать и работодатель, и мигрант, причем последний — только на конкретное рабочее место, при смене которого прежнее разрешение теряет силу.

С середины 2010 г. для трудовых мигрантов из безвизовых стран, занятых на работах в частных домохозяйствах, введен помесячный патент. Правила его получения и обновления простые. Есть предположение, что данной возможностью воспользуются многие нелегальные мигранты, занятые в других сферах, разумеется, если к этому не будет препятствий.

Необходимо разработать дифференцированный подход к разным целевым группам мигрантов, открыть более доступные и широкие каналы натурализации, упростить процедуры правового оформления, «оторвать» получение гражданства от наличия регистрации по постоянному месту жительства.

Необходимо более решительно включаться в международную конкуренцию за рабочую силу, иначе мы рискуем еще более обострить свое положение. Так, с начала 2011 г. Польша открыла практически свободный доступ на свой рынок труда для граждан России, Украины и Белоруссии. Требуется только виза, чтобы въехать в страну. Далее мигрант может сам искать работу, а работодатель — нанимать его без получения разрешения. Он лишь обязан послать уведомление о найме на работу иностранного гражданина в соответствующее ведомство. Нет сомнения, что за Польшей со временем последуют и некоторые другие страны Восточной Европы. Как видим, ЕС действует на опережение в борьбе за трудовых мигрантов.

Особого подхода и разработки специальной масштабной программы требует вопрос о профессионализации мигрантов. Упования на привлечение необходимого контингента мигрантов в требуемом количестве тщетны. Из стран СНГ квалифицированная рабочая сила выехала в Россию еще в 1990-е годы, когда она не была востребована из-за обвала экономики.

Выдвигаемое Россией в рамках СНГ предложение о необходимости согласования и сертификации учебных программ по подготовке профессионалов среднего звена, с тем чтобы необходимые для нас работники готовились в странах исхода, едва ли выполнимо, так как, по сути, предполагает согласие независимых государств подгонять подготовку национальных кадров под российские требования.

Даже в рамках двусторонних соглашений такой проект потребовал бы разработки и внедрения в странах-донорах новых программ, выпуска учебников на национальном языке и подготовки местных преподавателей. Это очень длительный процесс. Возможно, его целесообразно начинать, но параллельно необходима программа профессиональной подготовки иностранных работников на местах.

Не находит пока решения и остается очень острой проблема дешевого жилья для мигрантов. В связи с этим заслуживает внимания и поддержки инициатива Санкт-Петербурга по реконструкции и превращению общежитий в дешевые доходные дома коридорного типа с покомнатным заселением. Во всяком случае, неверно возлагать ответственность за жилищное обустройство мигрантов на работодателя, как это пытаются законодательно утвердить сейчас. Согласно нашим исследованиям, подавляющая часть мигрантов обустраивается самостоятельно, но часто их жилищные условия слишком дискомфортны.

Решение жилищной проблемы не менее важно также для повышения внутренней мобильности населения страны, о жилищном положении которого, кстати, никто не беспокоится при трудоустройстве.

В 2010—2014 гг. в условиях масштабной миграции на первый план вышла проблема интеграции мигрантов. Во властных структурах сформировалось понимание того, что меры по интеграции являются необходимой составляющей миграционной политики страны.

Библиографический список:

  1. www.gks.ru — cайт Государственного комитета статистики РФ
  2. Концепция долгосрочного социально-экономического развития РФ на период до 2020г.

Есть вопросы? Задавайте в поле «Комментарии»

С наилучшими пожеланиями, Вероника Ларина

 

>

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *